«Эго» способно существовать только в линейном времени. Однако настоящий момент является вневременным, поскольку у него нет ни начала, ни конца.
Веря, тем не менее, в какое-то реальное прошлое и в какое-то реальное будущее, «эго» открывает лазейку страху и желанию, и те заводят между
собой свою извечную игру. Наибольший страх, постоянно испытываемый «эго», — это боязнь исчезнуть в очистительном великолепии настоящего момента. Дабы оттягивать это событие как можно дольше, «эго» выдает себя... самому себе... за нечто особенное и неповторимое. «Эго» поддерживает свое существование тем, что вспоминает о прошлом или размышляет о будущем. Иными словами, оно способно цепляться лишь за что-то такое, чего нет в наличии сейчас. Однако, поскольку настоящее всегда в наличии, «эго» никогда не сможет найти опору в «здесь и сейчас».
Чак Хиллиг
Веря, тем не менее, в какое-то реальное прошлое и в какое-то реальное будущее, «эго» открывает лазейку страху и желанию, и те заводят между
собой свою извечную игру. Наибольший страх, постоянно испытываемый «эго», — это боязнь исчезнуть в очистительном великолепии настоящего момента. Дабы оттягивать это событие как можно дольше, «эго» выдает себя... самому себе... за нечто особенное и неповторимое. «Эго» поддерживает свое существование тем, что вспоминает о прошлом или размышляет о будущем. Иными словами, оно способно цепляться лишь за что-то такое, чего нет в наличии сейчас. Однако, поскольку настоящее всегда в наличии, «эго» никогда не сможет найти опору в «здесь и сейчас».
Чак Хиллиг